Если духовник умер, стоит ли искать нового?
Во-первых, я думаю, что нельзя «искать», можно только найти, потому что если начать искать, то начинаешь примеряться, взвешивать; и конечно, тут могут произойти любые ошибки, – человек может понравиться или не понравиться, можно его прозреть или ничего в нем не увидеть. Если у нас был духовный отец в сильном, глубоком смысле слова, мне думается, невозможно его потерять через смерть. Конечно, каждый основывает свое мнение на том, что сам пережил, больше чем на какой-то теории; но я помню, что, когда мой духовный отец умер, я очень недоумевал, что мне делать, потому что монашеские собратья его, в общем, не очень высоко ценили и не очень любили. Я помню, как наш благочинный на его похоронах говорил надгробное слово и сказал: «Брат наш Афанасий! Ты, конечно, нам много трудностей чинил и, конечно, во многом перед нами виноват, но…» – дальше что-то в том роде, что: теперь-то ты умер, ну ладно… Меня это очень обидело. Но беда была в том, что никого другого не было, если идти по монашеской линии, кроме этого нашего благочинного; и я не могу сказать, что меня страшно вдохновляла мысль заменить отца Афанасия отцом таким-то. Помню, я сидел у себя и размышлял, и вдруг мне почудилось, что отец Афанасий совершенно явственно мне говорит: «Зачем ты ищешь духовного отца? Я не мертв, а жив». После этого я исповедовался у разных священников, но не искал ни с кем тех отношений, какие были у меня с отцом Афанасием. И я думаю, что это пусть не абсолютный принцип, но возможно.
Поэтому, если умирает духовный отец, это не значит, что надо сразу бросаться во все стороны в поисках замены. Может быть, и не нужно; он может также руководить нами из Царства Божия, молиться о нас, направлять нас, как если бы он жил на земле. Другое дело, конечно, исповедоваться, другое дело – порой спрашивать совета; но это необязательно должен быть специфический духовный отец. Скажем, совета о духовной жизни можно спрашивать у мирянина, у которого есть благодатная жизнь; у него исповедоваться нельзя – это дело другое. В египетской пустыне все монахи были миряне – в том смысле, что они не были в сане; надо выбирать человека, который просто знает о духовной жизни и может что-нибудь сказать. Я знал такого человека во Франции, который был духовным наставником одного из наших священников, потому что у него было понимание, знание. Если говорить о том, чтобы искать – да, ищите; но вы, может быть, найдете среди мирян кого-нибудь, кто может быть духовным руководителем, совестью, и не найти среди священников. Идеально, когда все совпадает, разумеется, но даже если не совпадает, найти человека возможно.
